В забинтованном вокзале... 

Несмотря на то, что я уговорил Добба не делать поспешных решений, он всё равно сидел у себя в купе мрачнее тучи.  Он мог, но не хотел узнать ещё новости, не желал знать подробности, но в этом он был не одинок - судя по слухам все наши киборги сильно огорчились этой новостью и уже готовы были уйти из армии, что было недопустимо. 
-Лейтенант! - крикнул кто-то в коридоре, а потом в купе совершенно спокойно вошёл Молотов, - А, вы здесь... Как он? - пёс кивнул на Добба. 
-Не очень, - честно признался я, а доберман лишь усмехнулся. Я ободряюще похлопал его по спине. 
-Полковник рвёт и мечет, даже мне стрёмно ему под горячую лапу попасть, - доложил старый вояка, - Но при этом требует всех к себе. 
-Всех - это всю армию что ли? 
-Нет. Командование, сержантов и андроидов. Всех. Вот хожу, собираю. 
-И много собрал? 
-Пока никого, - как-то скромно признался Молотов, пожав плечами, - Я хорошо только одного знаю, - он кивнул на добермана. 
-Зачем мы ему? - тихо спросил Добб, потирая пальцами переносицу. 
-Говорят, будет отговаривать вас от глупостей... 
-Я уже отговорил, - сообщил я Молотову, - Собирай остальных, а я буду чуть попозже. 
-Без вас не начнут, старший лейтенант. 
-Вот и отлично. 
Пёс многозначительно пожал плечами, и вышел из купе. Добб снова уткнулся мордой в маленький столик. 
-Я не пойду. 
-Я знаю. Поэтому и пообещал прийти сам. Только не делай глупостей, ладно? 
-Угу. 
-Мне и самому туда не хочется идти, знаешь... 
-Так не иди, - буркнул доберман. 
-Приказ есть приказ, ты как-то сам мне говорил. 
-Подумаешь, приказы... 
Я решил оставить его одного, чтобы тот сумел хоть как-то разобраться в себе. Закинув на плечо пулемёт, вышел из купе и сошёл на перрон. 
Прошло всего пятнадцать минут с первой известии о перевороте в нашей столице, но на платформе было уже пусто и скучно. Никто никого не перекрикивал, никто не бегал от экрана к экрану, узнавая новые подробности произошедшего, всё было тихо. Тихо было и внутри поезда, где бойцы тихо и мирно переваривали только что полученную информацию. 
У одного из вагонов выстроилась очередь из наших солдат. Посчитав вагоны от локомотива, я сразу сообразил к кому они стоят и зачем - к ботанику, за интернетом. В основном это были те, у кого не было своих средств связи и имелись родственники или друзья в Москве - все хотели узнать всё ли в порядке, может быть узнать подробности из первых лап. Сам ботаник бегал практически как безумный, с мотком разнообразных проводов на шее и что-то настраивал. Я не хотел его беспокоить, но лис, завидев меня, подпрыгнул и подбежал ко мне. Вытянувшись по струнке и отдав честь, он затараторил так, как будто сел на ёжика: 
-Товарищ старший лейтенант, в моё распоряжение поступила новая операционная система для вашего костюма! Всё необходимое для её установки у меня уже есть, так что если будет желание, то зову вас с вашим другом на большой апгрейд!
-Ага, - ответил я, немного поразмыслив, вспомнил что за система и куда она нужна, - Ну хорошо, мы зайдём. Попозже. У тебя сейчас запара, видимо... - я кивнул на очередь. 
-О, а ведь точно! - лис ещё раз подпрыгнул и опять козырнул. Через секунду его и след простыл. Феноменальная бодрость... 
Его трудового энтузиазма я не разделял. Нечего было разделять. Поэтому просто пошёл к нашему новому строительному вагончику, у которого уже толпились два десятка зверей, из них около пятнадцати - слишком здоровые, чтобы быть настоящими. 
Вообще, количество киборгов в нашей армии не было постоянным, их то становилось то больше, то меньше. И дело не в смертях и новоприбывших, а в том, что они сами зачастую скрывали своё происхождение и стеснялись его. Те, кто открыто заявлял о своём искусственном происхождении можно было по пальцам одной лапы пересчитать, и один из них был моим лучшим другом. Ещё троих я знал лично - бультерьер, овчар и колли. Да, вот как бы это не было странно, но среди них были и самки. 
Единственное, что могло выдать киборга среди прочих зверей - отсутствие имени. Нет, конечно если побыть с андроидами пару десятков лет, то можно было заметить, что они не стареют и не меняются в принципе. Но если определить надо было быстро, то достаточно было просто послушать их имена. Например среди тех, кого я перечислил бультерьера звали Булькой или ласково Буля. Статного немецкого овчара - Немец или просто Овчар. А вот у колли было своё имя и довольно необычное - Тенесси. Все остальные андроиды в целях конспирации выдумывали и даже переодически меняли свои имена и даже внешность, чтобы не было заметно, их вечную искусственную жизнь. Некоторые даже устраивали себе смерть, успешно её симулировали, а потом возвращались под видом новобранцев с новой внешностью и именем. Но это уже совсем финиш. 
У строительного вагончика сейчас толпились сержанты и старшины, и несколько незнакомых мне зверей, которые признали свою искусственную жизнь и пришли по приказу полковника к строительному вагончику. Собственно троих андроидов, о которых я как раз задумался, я нашёл чуть поодаль и решил направится к ним. Заметив меня, Овчар и колли улыбнулись мне, выходя навстречу. 
-Сержант! - усмехнулся добрый в принципе пёс, - Сколько ж я тебя не видел, а вроде в одном поезде катаемся по всей стране! 
-Это точно, - я обнял пса и аккуратно напомнил ему, - Я уже старший лейтенант, вообще-то. 
-Оу! - восхищённо воскликнула Тенесси, - С повышением! 
-Я с Москвы лейтенант, вы чего, правда не знали? - улыбнулся я. 
-Да конечно знали, - махнула лапой колли, - просто вы заняты были постоянно, даже подойти было боязно. 
-Да перестаньте, - буркнул я, махнув лапой, - у нас даже полковник свой в доску, а вы к лейтенанту подойти боитесь. Чай уж сами давно не рядовые. 
Почти все киборги были как минимум ефрейторами, но сами, по своей воле зачастую брались за работу рядовых. Частично это было обусловлено желанием не сильно выделяться среди остальных, частично их собственными тараканами в голове. Но один из них был своеобразной "тёмной овечкой" - Бульт. Пёс имел настолько дурную славу, что повышать его даже до ефрейтора никто из нынешних сержантов не решался. Бойцовый пёс был просто одержим убийствами и анархией, которую пропагандировал во всём. Стоило отдельно отметить то, как он был одет: серые камуфляжные штаны, больше дань какой-то невиданной моде, нежели практичности, чёрная футболка и повязка на лбу. Собственно ему вообще повезло, что никакой стандартной формы в армии у нас не было, иначе его давно бы выперли. Любимым оружие Булька являлся армейский штык-нож, американского послевоенного образца, отличавшийся от нашего русского толстым и длинным лезвием, а так же небольшим количеством разнообразных примочек вроде пилы, кусачек в ручке и даже небольшой пилочкой для ногтей. Для когтей, если уж говорить о зверях. А вот откуда он его взял - тайна, покрытая хаки. Андроид каждый раз рассказывал разные истории: то он сам был американским солдатом, который переметнулся на нашу сторону, то он его нашёл в каком-то озере и поразился тому, что он не заржавел, то ещё какой-то бред. 
-Ну и что, не рядовые,  это не особо-то важно, - пожала плечами Тенесси. Колли вообще была довольно милой, относительно других бойцовых собак, породы которых чаще всего пускали на создание совершенных солдат. У неё тоже была своя история, но сама она её никому не рассказывала. От своего лучшего друга я узнал, что её вообще стоит беречь как зеницу ока, поскольку она - самый младший из андроидов. Но не по возрасту, а по модели. И в данном контексте становилось понятно, что из всей нашей армии она была самым худшим, самым не совершенным киборгом, который дотянул до наших дней, что уже делало её уникальной личностью. По сути дела в ней не было почти ничего из того, чем обладал Добб - ни экзоскелета, ни фонаря в глазах, ничего из того, чем в полной мере обладали остальные андроиды. Только система жизнеобеспечения, небольшой имплантат в голове, который увеличивал её реакцию и позволял делать в уме невиданной сложности расчёты, связанные с баллистикой пули и прицеливанием. Именно поэтому она была снайпером, и очень неплохим. Развитая мускулатура делала её отличным бойцом, и она позволила себе таскать за собой огромную крупнокалиберную снайперскую винтовку.  В остальном - почти та же живая колли, вроде как даже способная к размножению, как и другие самки. Об этом не знал вообще никто, возможно даже она сама... 
Ну раз уж пошло на это дело, то можно рассказать и об овчаре. А о нём и особо нечего рассказывать. Чуть менее совершенный, чем мой друг, который сейчас отдыхал в своём купе, опытный боец и верный товарищ, с которым не страшно и в разведку и на смертный бой. Любит взрывы, самок и взрывы. Ну и самок тоже, чуть не забыл. 
-Рядовые, не-рядовые, полковники... - пробухтел бультерьер, недовольно рыча, - Всё это бред. Да ещё и этот... президент мать его. Новый, ага. 
-Опять он за своё, - тихо пожаловалась колли, мило улыбаясь мне.
-Пулька, хватит бубнить, всё равно один ты нихрена не поменяешь, - напомнил ему овчар, - А где Добб? 
-Хандрит, - ответил я, - Говорит не хочет опять лезть в огонь и медные трубы ради какого-то бандита. 
-У нас тут этого никто не хочет, - пояснила Тенесси, - Мы и так много пережили, а новое правительство это всегда новые проблемы. 
-А я никогда и не лез, - встрял в разговор бультерьер, - когда узнал за что мы воюем, то сразу смотался. 
-Тогда какого ты здесь сейчас делаешь? - попробовал спросить я, и поставить вопросом анархиста в тупик, но он уверенно ответил мне: 
-А вам ли не знать, что здесь дают порезать того, кто мне не нравится. 
-До тех, кто тебе действительно не нравится, ты не доберёшься, - ухмыльнулся я, и было отвернулся, но пёс погрозил мне своим ножом. 
-Уверенны? 
-По законам военного времени угроза старшим по званию карается расстрелом, - прорычал кто-то за его ухом, а в затылок упёрся автоматический гранатомёт моего лучшего друга. Тут уж я посмотрел на анархиста и с улыбкой кивнул. 
-Уверен. 
-А ты говорил - хандрит! - засмеялся Овчар, и обойдя бультерьера, пожал лапу добермана. Гранатомёт Добб держал в одной лапе, - Здорово ж, дружище! 
-И тебе не болеть, псина, - по-дружески обозвал его Добб, и обнял своего старого приятеля, - Сколько месяцев не можешь ко мне через пару вагонов сходить? 
-У нас с тобой всё ещё впереди! - заверил пёс, хлопая Добба по усиленной броне, - А ты, я вижу, хорошо устроился, да? С лейтенантами дружбу водишь, водяру гоняешь и не делаешь нихрена?
-Ну насчёт безделья это ты не прав, а вот выпить со старшими по званию это всегда хорошо! - с широкой улыбкой ответил Добб, - надо бы, кстати, ещё посидеть, жаль повод не шибко радостный. 
-Ага, - вздохнула колли, посматривая на высокого и ладно сложенного добермана. Пускай всё его тело покрывала толстая броня, но она-то знала что у него там, под ней. Иначе бы как Добб рассказал мне некоторые её интимные подробности? 
-Э, слышь, пукалку опусти, она же страшная, блин! - попросил бультерьер, который уже поднял лапы и прижал уши. В принципе, мы все стояли поодаль от основной толпы, и Добб вполне мог выстрелить - я переживу, колли и овчар тоже. А вот Буль - не факт. 
-Этой пукалкой я таких как ты с митингов разгонял, - прорычал доберман, но гранатомёт опустил, - Орать - орёте, а делать ни черта не делаете. 
-Да кто ты вообще такой, а? - белый пёс обернулся, опуская лапы, - кто тебе... 
-Устав караульной службы, б#я! - рыкнул Добб, сорвавшись на мат, - И если хочешь продолжать резать разнообразных зверушек и не получать за это по ушам, лучше слушай что тебе говорят старшие по званию. 
Бойцовый пёс отряхнул с плеч невидимую миру пыль, обиженно одёрнул футболку без рукавов и отошёл к задней стенке строительного вагончика, где достал свой нож и стал точить когти. 
-Ты чего пришёл-то? - кивнул я Доббу, который не сильно беспокоился насчёт обиды бультерьера, - Вроде как хандрить хотел?
-Да куда ты без меня, - ухмыльнулся пёс, - Вон, стоит отойти, на твою шкуру всякие неформалы лезут. 
-Я бы и сам разобрался, - буркнул я, но всё равно видеть такого надёжного и классного друга, как Добб всегда приятно и полезно. 
-Как думаете, чего полковник так разволновался? 
-Да мало ли чего он задумал, - пожал плечами я, - Может просто хочет всех успокоить. 
-Да кого успокаивать? - предположил овчар, - Смотри, всё уже улеглось, никто не ушёл, никто не строит планов на контрреволюцию. 
-Кстати хорошая идея, - мечтально сказал Добб, посмотрев на затянутое серыми тучами небо, - Я бы пошёл. 
-Это было бы ещё глупее, чем простой уйти из армии. 
-Точно, - колли кивнула, и чуть приобняла Добба, - Оставайся лучше с нами, здесь нам ничего не грозит. 
-Вместе со мной конечно не грозит, - самодовольно проворчал Добб, и, положив лапу на голову Тенесси, стал почёсывать её за ушком. Она заворчала что-то приятное, но тут появился шакал и обломал нам всю идиллию. 
-Так, вы чего встали, команда к сбору была минуту назад, - прохрипел чёрный, подходя к нам, - Вы все вообще должны быть впереди планеты всей! Особенно вы, товарищ старший лейтенант! 
-Прошу извинить, товарищ полковник, мы не расслышали приказа. 
-В вагон, все, - буркнул шакал, потирая переносицу, - как же я от вас устал... 
Я махнул лапой андроидам, чтобы те спокойно шли к вагончику, а сам остался с полковником. Видимо даже самым сильным и строгим из нас нужна была поддержка. 
-Всё так плохо? - спросил я, положив лапу на его плечо. 
-Всё ещё хуже, - не открывая глаза, сказал шакал, - За два дня до этого я был на связи с генералом Филснейком, и от него поступил чёткий, прямой приказ - не допускать смены власти ни при каких условиях. Он всё знал, и он не хотел менять власть. Сейчас он не выходит на связь. Подозреваю худшее. 
-Чёрт, - только и буркнул я, - Это же надо так! Что делать будем? 
-Через два дня они прилетают во Владивосток, - пояснил полковник, - Они - это типа наши новые правители. Ради них раскопали какой-то старый истребитель, и даже нашли чем его заправить. 
-Надеюсь, эта хреновина развалится по дороге, - шикнул я. 
Шакал вдруг замолчал и внимательно посмотрел на меня. 
-Лейтенант, у нас ещё остались иглы? Ну эти системы ракетного огня? 
Я тяжело вздохнул. 
-Никак нет. Последний залп истратили ещё два года назад. А что, думаете помешать нашему руководству добраться до Владика? 
-Как будто кто-то будет проверять от чего развалился самолёт - от ракеты в сопло, или от личных технических неполадок...  - он задумался, - вернёмся в пустыню, ближе к Красноярску возьмём пару машин. Оттуда доехали бы до их курса следования и щёлкнули бы этот истребитель... 
-Иглы нам вообще не хватит. Нужно что-то посолиднее, РЗК. 
-А у нас его нету... 
-Товарищ полковник, давайте не будем думать о плохом? Может эти новые ребята окажется не такими уж и плохими? 
-Мне бы твой оптимизм, лейтенант! - вскрикнул шакал, всплеснув лапами, - Мы с Филснейком уже сорок лет знакомы. Никогда он нас не подводил, а теперь просто хрень какая-то началась. 
-В противном случае, наш состав перейдёт под ваше командование полностью, вот и всё, - сказал я шакалу, не долго подумав. Тут он и показал мне указательный палец и потряс им. 
-Вот именно об этом я и хочу с вами всеми поговорить. Нам сейчас важно не потерять ни одного киборга, чтобы они все остались с нами. Пока предполагаем, что все они служат у нас в армии. 
-Ну не служат, а так... Принимают участие. 
-Не важно, - шакал оглянулся на строительный вагончик, в который уже успели погрузиться все звери, и махнул мне лапой, - Пойдём, лейтенант. 
Я влез в вагон вслед за ним и огляделся - тридцать зверей с трудом втиснулись в небольшой вагон, и разместились кто где. Наш небольшой столик остался на месте, и к нему сразу подошёл шакал. Я встал подальше от него, заметив Добба и моих друзей на другом конце вагончика. Вообще абсолютное большинство зверей здесь были мне по меньшей мере знакомы, с некоторыми были разногласия, с некоторыми наоборот довольно тёплые и дружеские отношения. Вообще все тут были друзья, как говорил Добб, за которых и умереть не стыдно. Ну по его авторитетному мнению, кроме Буля. 
Шакал быстро разогнал всех так, чтобы не стоять ни к кому спиной, сам встал за стол и дождался, пока звери разойдутся по своим местам, образовав вокруг него вытянутый по стенкам вагона полукруг. 
-Так, ну вы все знаете, зачем я вас собрал, - без вступления начал он, - Ситуация, обычно называлась бы критической, но в наше время это ещё даже не так плохо. Итак, мы имеем бескровную, тихую и в чём-то мирную революцию, которая произошла в Москве. Ничего хорошего о нашем новом правителе мы не знаем, кроме того, что он отлично скрывает о себе всё плохое. Но разведка не дремлет - как они доложили нам из Москвы, этот ящер пропагандирует так называемые "правые" взгляды. То есть  он предлагает изменить в нашей стране практически всё, что только можно, но при этом опираясь на то, что остаться должны только русские.
-Это вообще как? - спросил кто-то в толпе, и его поддержали несколько голосов. 
-Если бы я знал, - буркнул шакал, но всё-таки объяснил, - Короче он считает что мы, якобы Русские, лучше всех на свете. Считает что истинно русскими могут быть только лисы, волки и некоторые породы собак, все остальные должны быть под нами. 
-Что за глупости? - первым встрял овчар, - То есть если я немецкая овчарка, то всё, типа? 
-А он сам не подумал, что он ящер? - подал голос Молотов. 
-Походу для зеленокожих как обычно сделают исключение.
После этого все уже начали говорить наперебой, возмущаясь таким откровением. Кто-то начал кричать, и голос шакала тонул в общем гуле. Самым эффективным оказалось решение Добба - вынув пистолет, он пальнул в потолок, продела в нём аккуратную дырочку, в которую тут же пробился лучик света. 
-Слушаем дальше, - буркнул он, убирая пистолет в кобуру на поясе. 
-Сержант, не дырявьте потолок нашего нового вагона, он нам ещё пригодится! - отчитал моего друга полковник, но доберман лишь пожал плечами, - Так вот, о чём это я... 
-О фашистах, - напомнил кто-то. 
-А, ну да. Так вот, ладно бы если он был просто идиотом, так он ещё и умный идиот. Судя по донесениями из ближайших к Москве городов, в частности Бородино - он заручился поддержкой почти всех организованных бандформирований, которые имеют хоть какую-то организацию. То есть хотя бы главаря и шестёрок под ним. Пока всё только началось, но мы планируем, что это будет продолжаться и вскоре под его настоящей властью окажется вся Россия. 
-Простите, а мы - это кто?  
Вопрос задал Добб, да так, что полковник не мог не ответить на него. 
-Мы - это я и генерал Филснейк. 
-И что вы, - Добб будто надавил на это междометие, - задумали? 
-Сержант, я понимаю ваши чувства, но позвольте я продолжу... 
-Полковник, у меня нет чувств, я безмозглая железная банка, так что позвольте я спрошу у вас - каков план? 
Бультерьер в углу даже восхищённо выдохнул. Не знаю чему тут было восхищаться, но смелости Добба сказать такое в морду шакалу надо было позавидовать. Впрочем, полковник отреагировал на это действительно спокойно - видимо действительно понимал что творится в голове у андроидов. 
Вздохнув, он перешёл к плану. 
-Ладно, будь по вашему. Итак, через два дня наш новый президент, мать его за ногу, будет в городе нашего прибытия - Владивостоке. Мы там будем на день раньше, и должны по его приказу, который я получил буквально час назад, подготовится к его визиту и к присяге на верность и прочее, прочее, прочее. 
-Мы откажемся от присяги? - предположил бультерьер, и на его морде сразу появилась коварная улыбочка. 
-Нет, конечно нет, - улыбка с морды анархиста сразу пропала. 
-Стоит действовать хитрее, - встрял Динозаврик, невесть как оказавшийся в нашей толпе. 
-Ну вот от кого-кого, а от лиса это слышать в какой-то мере приятно, - улыбнулся шакал, - Позволь я предложу своё решение? 
-Ну что вы, товарищ полковник! 
-Спасибо, сержант, - кивнул полковник. 
-С каких это пор он сержант? - задал я вопрос своему соседу, но малознакомый мне лис пожал плечами. Этот, вроде как был из наших "лис ночи". 
-Так вот, если для кого слова клятвы всё ещё что-то значат, - шакал по-доброму усмехнулся, но всеобщей поддержки не нашёл, - то они их могут не произносить. 
Шакал сделал паузу, будто ожидая реакции. Только бультерьер в углу тихо сказал: 
-И всё? 
-Пока да. 
-Не хитро, - констатировал Динозаврик. 
-Ещё предложения? 
-Угу. А если никто не захочет говорить? - спросила Тенесси. 
-То есть? - не понял шакал, повернувшись к колли. 
-Ну если вообще никто не захочет говорить клятвы? 
-У нас что, все такие принципиальные? 
-Ну а вдруг? 
-Нет, ну не могут же все... 
-Вы же хотите, чтобы мы донесли это до солдат, не так ли? - задал каверзный вопрос Молотов. 
-Конечно! 
-Если солдатам дать возможность не повиноваться приказам, это может вызвать беспорядки... - мудро заметил Добб, чем привлёк к себе внимание Молотова: 
-Киборг прав. 
-Тогда вы предлагаете зачитать клятву? Это многие могут не понять! 
-А что тут не понятного? - спросил овчар. 
Шакал замолчал, и опустил морду, тихо признаваясь: 
-Я не хочу чтобы мы оказались под контролем нового... 
-Президента? - вздохнул Добб. 
-Да не президент он, х#й с горы он, - ругнулся шакал. 
-Как будто раньше мы его избирали? - пожал плечами Добб, и даже усмехнулся, - Что-то я не помню чтобы были у нас тут выборы. 
-Выборов не было, бывший, он... он залез в высокое кресло по большому блату, а потом устроил всем такое, что стали бояться, вот и всё. На самом деле предыдущего было за что уважать. 
-Я знаю, - кивнул доберман и его поддержали другие киборги. 
-Но никто не знает, что хорошего он сделал, не так ли? - встрял Молотов. 
Внезапно воцарилась тишина, в которой раздался звонок мобильного телефона. Все встали как вкопанные, уставившись на полковника. Звук явно исходил из его нагрудного кармана. 
Шакал выудил когтями совершенно допотопный, но зато надёжный телефон и принял вызов, приложив трубку к высокому уху. 
-Я слушаю! - сказал он в телефон со своей армейской строгостью. Что-то ему там сказали, а потом шакал отвёл от своего уха телефон и включил громкую связь. 
-...что смог до вас дозвониться! - заговорил голос в трубке, - В кои-то веки наша связь сработала как надо, не правда ли? 
-Наша связь всегда была отличной, господин президент, - нахмурился шакал. Все хранили гробовое молчание. 
-О, я рад что вы уже начали называть меня по моему званию.
-Это мой долг, господин президент. 
Кто-то из нас хихикнул, но ему тут же дали подзатыльник. 
-Я надеюсь вы будете служить ему исправно. Теперь послушайте меня внимательно, товарищ полковник. 
-Я слушаю. 
-Теперь вы произведены в генералы, и вся наша армия, что путешествуют по нашей великой державе, теперь под вашим контролем. Такой резкий карьерный скачок лично я обуславливаю тем, что ваш давний друг, генерал Филснейк не постеснялся выявить открытый протест моему приходу к власти. Я говорю вам совершенно честно, я тут не при чём, но теперь он пропал куда-то, возможно посчитав, что я не приемлю в свой адрес критики. 
Шакал глубоко и быстро дышал, явно волнуясь, но при этом то и дело поджимал губы, оскаливая зубы. Он явно был зол, но умело сыграл для самозванца: 
-Это большая честь для меня, господин президент... 
-Конечно это большая честь, полк... То есть генерал. Я возлагаю большие надежды на вас, ваш профессионализм и конечно же ваших бойцов. Надеюсь, что вы поможете мне объединить и воссоздать нашу великую державу.
-Будет исполнено... - последние слова шакал практически прошипел, оскалившись. 
-Конечно будет, - слова ящера так и сквозили сарказмом, - До встречи во Владивостоке, генерал. 
Из телефона донеслись гудки, и шакал тут же кинул телефон в стенку рядом с Доббом. Странно, что пёс сохранил олимпийское спокойствие, а хрупкое устройство разлетелось на кучу маленьких частей. 
-ВАШУ МАТЬ!!! - зарычал шакал, и тут же согнулся пополам, сев на колени. Я бросился к нему, как вдруг увидел слёзы, которые покатились их его глаз. Добб остановил меня, а наш полковник осел на пол, и стал лупить по нему кулаком, сотрясая, наверное, весь вагончик, - БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ!!! 
-Что с ним... 
-Они были более близкими друзьями, чем ты можешь предположить, - тихо сказал Добб, выразительно поглядев на меня. 
-Даже так... Откуда ты знаешь? - удивлённо спросил я. 
-Не важно много знать. Важно понимать. 
Похоже, броня жестокости и важности рассыпалась у нас у всех на глазах. Я поверить не мог своим глазам - шакал рыдал как ребёнок, но при этом рычал и клялся последними словами, что найдёт и убьёт этого гада, который погубил его старого друга. Я быстро замахал лапами всем остальным, чтобы те шли отсюда, нечего донимать нашего нового генерала в минуту его слабости. И хотя я, наверное, понимал меньше всего, всё равно первым уселся на колено перед ним, помогая ему встать. Чёрный оттолкнул мои лапы, стоя на карачках, а на пол под его мордой не переставали капать слёзы. 
-Отстань... - попросил он, утирая слёзы, - что я себе позволяю... 
-Всё в порядке, товарищ полковник, - утешал его я, - С генералом ничего не случилось... 
-Откуда тебе знать, лейтенант!? - сорвался он, - Мы за тысячи километров оттуда! 
-Он прожил не одну жизнь и видел не одну смерть! - неожиданно строго рявкнул Добб, протягивая лапу шакалу, - Его отваге и находке не занимать даже мне! 
-Простите меня... - тихо просипел шакал. 
-Всё в порядке, вы же не... - я осёкся, посмотрел на Добба, но тот лишь кивнул головой, - стальной... 
-Такой позор, я... 
-Эмоции. Они заполняют разум. Это делает уязвимым и слабым, - тихо сказал Добб, - И лучше всего чтобы это происходило в кругу друзей, а не врагов. 
-Потому что без этого никак. Только дураки говорят, что самцы не плачут. 
-Они не дураки... - чёрный встал, утирая слёзы, - Нам нельзя... 
-Мы все плачем, когда хороним друзей! - перебил я, - Генерала Филснейка хоронить ещё рано! 
Полковник отряхнул шинель, посмотрел мне в глаза. Сейчас его зрачки были залиты кровью, поступили вены, но в глазах старого вояки появилась небывалая уверенность в себе. 
-Вы правы, чёрт возьми... - тио сказал он, - Чёрт, так расклеился, это невыносимо... 
-Всё в порядке, это у всех нас бывает, - приободрил Добб, - Если бы Лейтенант ласты склеил, я бы не удержался. 
-Спасибо, - благодарно буркнул я, помогая нашему полковнику подняться. 
-Да несколько лет держался, ни одной слезинки не проронил, а теперь... Теперь как-то по-другому всё. 
-Всё нормально. Какой план, полковник? - спросил я, отпуская рукав его шинели. Шакал уже горделиво выпрямился и отряхнулся. 
-Зови всех обратно, - коротко приказал он, растирая морду пальцами, - Теперь план у нас есть генеральный. 
Когда все собрались в вагончике снова, в полной тишине провели пару минут, после чего шакал перед всеми извинился за спектакль, пообещав что больше этого не повторится. Все ему охотно поверили. После этого шакал поднял морду и произнёс следующее: 
-Те солдаты, которые не против смены власти должны быть предупреждены о том, что командование Российской Армии негативно относится к смене текущего руководства и клятвы принимать не будет. Этот факт должен оставаться в полной секретности. Солдаты, которые поддерживают нас, могут не произносить текста клятвы на присяге вообще. Понятно? - шакал оглядел всех присутствующих - ему никто не возражал, - Динозаврик, мне понадобится твоя помощь. 
-Слушаю! - тут же выскочил чёрный лис, выпятив грудь. 
-Когда прибудем во Владивосток, бери пару солдат и подготовь плацдарм для принятия присяги. 
-Что конкретно мне стоит сделать? 
Шакал улыбнулся. 
-Найди звуковую технику, помощнее. Колонки, усилители и какой-нибудь нормальный проигрыватель. Может даже сможешь подключить всё к какому-нибудь ноутбуку. 
Кажется динозаврик уже понял что за чем и отдал шакалу честь, но некоторые не догнали. 
-Зачем нам колонки? 
-Пускай они говорят за нас, если дело дойдёт до того, что наших голосов попросту не хватит для создания нужного эффекта. Лучше всего, если ты сможешь найти хотя бы десяток микрофонов, это будет выглядеть поживее. 
-Я скажу клятву, если надо, - вызвался бультерьер, - Мне плевать на какие-то слова. 
-Отлично, тогда ты и набери десяток тех, кто сможет это сказать
-И кому плевать на слова? 
-Да. 
-Так точно, товарищ полковник, - с каким-то особым смаком, сказал пёс, злобно ухмыльнувшись. 
-Да, кстати. Отныне я - генерал. Пускай это все учтут, и зарубят себе на носу. Лейтенант? 
-Что? - спросил я, но тут же замахал лапами, - Не-не-не, я полковником быть не хочу! 
-А никто и не спрашивает, это приказ, - строго ответил шакал, - Ваше счастье, что для вас ровным счётом ничего не изменится. 
-Есть, - буркнул я, приложив пальцы к виску. 
-И последнее. Всё что произошло в этом вагоне должно храниться в обстановке строжайшей секретности от любых гражданских лиц. Все кто не причастен к нашей армии - тоже. Если кто из солдат разболтается или решит что от того что он нас предаст будет плюшка - расстреляю на месте лично. 
-Сурово! - только и сказал Добб, но уже улыбался. 
-По другому никак. Запомните только одно. То что мы сейчас делаем, называется саботажем. Бунтом, если хотите. Так как мы уже давно живём в период военной эпохи - это карается расстрелом вне зависимости от звания, рода войск или места дислокации. Всё, что может подумать президент о нас в таком случае - предатели. Предатели его государства, к которому он нас приписал. 
Все замолчали, осмысливая сказанные шакалом слова. Конечно, это мало кому понравилось, кроме нашего анархиста. 
-Но если мы выступим все вместе - нас просто будет некому расстреливать. Мы сами сможем пробиться до кого угодно и сделать что угодно с этим президентом, посадившем за руль бандитов и заключённых. 
-Что-то я не слышал чтобы он сажал кого-то за место одного из начальников. 
-Скоро услышишь, - заверил чёрный, - Главная идея, что мы все должны быть вместе. 
-Так и будет, - кивнул Молотов, - Уверяю. Мы все за одно. 
-Я на это очень надеюсь, - кивнул шакал, завёл лапы за спину и гордо выпрямился. 
И снова несколько минут тишины. Я и сам осознавал, что всё меняется, причём кардинально. Раньше мы подчинялись приказам из Москвы, в частности приказам генерала Филснейка. Теперь мы все были сами по себе, приказы шли от президента и ни от кого больше - я был более чем уверен, что новоявленный генерал ни от кого другого их попросту не примет, даже если кто-то в столице назовётся адмиралом. Но судя по всему, мы должны были лишь симулировать их активное выполнение, что не могло в какой-то степени не радовать. 
-Попахивает анархией! - весело и с большим-большим энтузиазмом вякнул андроид, стоящий в углу. 
-Ещё слово вякнешь, и я тебе бошку оторву! - рыкнул мой друг из угла напротив, но шакал тут же прикрикнул на обоих: 
-Заткнулись! - киборги, вроде и не собирались продолжать вой спор, - Никакой анархии мы не предусматриваем.  Армейская иерархия сохраняются. Считайте вы перешли под другое командование, Буль, - сказал шакал лично бультерьеру. 
-Это командование мне по нраву! - заверил пёс, ничуть не испугавшись давления со стороны генерала, - Я уже сейчас готов бежать по всему составу и пропагандировать ваши идеи! 
-Мне бы твой энтузиазм... - прохрипел овчар. Тенесси аккуратно обняла его за плечо и с улыбкой прижала к себе. 
-Весь энтузиазм оставьте сержантам. Полковник, вы свободны. 
Я даже не сразу сообразил что он обращается ко мне. 
-Что, а? Да, да... - я почесал своё ухо, - Так что, мы сообщаем наш план солдатам? 
-Немедленно, - кивнул шакал, - Сержанты, старшины - за дело. Если будут какие-то вопросы, то задавайте их нашему полковнику. 
-Есть, - раздалось со всех сторон строительного вагончика в разнобой, и все стали собираться на выход. 
-Андроидов попрошу остаться здесь, - сказал генерал, не отходя от стола, - Даже тех, кто это не признаёт. 
В вагончике осталось примерно десять зверей, среди которых я увидел тех, кого никак не подозревал в искусственной жизни. Я посмотрел на Добба, но тот лишь пожал плечами и кивнул мне на выход. На прощание я похлопал его по плечу и вышел из вагончика. 
Сержанты быстро разошлись по своим вагонам, я пошёл к своему, где всю разъяснительную работу пришлось делать мне. 
Когда я собрал весь вагон перед собой на перроне и коротко ввёл их в курс дела, то не встретил никакого негодования. Все солдаты, которые стояли на перроне, тысяча с лишним морд, слушали своих командиров и не испытывали никакой неприязни к такому странному приказу - не подчиняться приказам. Когда я сказал, что новый президент посадил в высокие кресла жульё и бандитов, больше всех воодушевился Чак: сказал что кому ли, как не ему знать что за народ такой - бандиты. Лично мне этот лис в кресле какого-нибудь начальника московской милиции представлялся ну очень плохо.
Когда же дело дошло до секретности всех наших действий солдаты закивали головами, подразумевая, что это само собой разумеется, и никто о нашем заговоре не узнает. Предупредил, что за разглашение секретов мера наказания будет высшей, и дополнил от себя немного: 
-Я конечно понимаю, что не все из вас заправские лжецы, есть и честные звери в наших рядах, но на этот раз от вас требуется проявить своё мужество, чтобы соврать тому, кто будет спрашивать вас о наших планах. 
-Соврать легко! - заверил всех Чак, ему тут же закивали все рыжие лисы в строю. 
Судя по тому, что все остальные вагоны уже расходились, я махнул лапой своим бойцам и тихо произнёс: 
-Вольно. 
Без лишнего энтузиазма бойцы разошлись кто куда. Большинство - в свои купе, полежать, подумать о грядущем. Парочка пошла к Ботанику, воспользоваться интернетом, ещё несколько остались курить у вагона. 
Всё это было сложно понять обычному зверю, который был в принципе далёк от власти и каких-то решений. Нас всех объединяло одно - мы служили одной стране и одному командованию, не знали горя и непреодолимых препятствий. Все мы помогали другим зверям, помогали буквально за просто так. Раньше - за бензин и уголь для наших поездов, чтобы проехать дальше и помочь другому городу. Конечно редко мы помогали кому-то в военном плане - чаще строили, возводили мосты и переправы, строили железные дороги и жилые здания. Мы все что-то делали для других зверей и тем оправдывали своё существование. 
И внезапно до меня дошло, дошло так резко и примитивно, что я схватил себя за уши и оттянул их до лёгкой боли. 
Мародёры! Они же именно так и жили! То, что у нас незримо происходило во всей стране, они собрали в одном городе и благодаря этому смогли выжить там, где другие давно бы сошли с ума от безысходности. Каждый просто помогал другому или другим, не беря за это ничего, кроме обещания того, что тот, кому он помог поможет ему. Плотник построит дом торговцу едой и сможет приходить к нему и есть за то что продавец торгует в его доме. Да только этот продавец не будет продавцом как таковым - он просто будет заниматься своим делом, будет кормить и поить тех, кто даёт ему воду, свет, крышу над головой. Будет заниматься своим делом, будет делать то, что он делает лучше всего. И мастистому, умелому повару никогда не придётся лезть в систему водопроводных труб, он сможет попросить об этом любого зверя, который хорошо разбирается в этом, а в замен сытно и вкусно покормить его от пуза, и наверное не один раз. И так будет всегда и везде, потому что любая способность делать что-то, любое умение, любой специалист - это всё востребовано у всех и всегда. Если ты умеешь чинить трубы - чини трубы, потому что они ломаются. Пускай не всегда - но их много, и поэтому без работы не останешься. Не останешься без еды и крова на головой, потому что ты делаешь что-то своими лапами и это всегда будет востребовано. Если ты умеешь воевать - защищай тех, кто тебя кормит и содержит, а ты будешь стрелять и рисковать своей жизнью ради всех них. Элементарно настолько, что хотелось смеяться. Вот почему мародёры говорили мне, что у них нету командующих - никто не командовал, все жили по способностям и по потребностях. И их вождь был прав - чтобы такое можно было осуществить - нельзя чтобы в обществе были идиоты. 
Стоило, конечно подумать и про них. Почему-то звери, которые ничего не умели, лучше всего ассоциировались у меня со всякими художниками, певцами, писателями. Их же вроде тоже немало на нашем свете, но в обществе мародёров им наверняка не легко - никто не будет смотреть на современное искусство, которым сейчас пытаются кормить какие-то там художники, насмотревшись на творчество людей. Кто-то нарисовал синий треугольник и кричит - это шедевр! Странно, что в Москве зачастую в это начинают верить, восхищаться обычным синим треугольником и что-то там про него думать. Музыка, которая играла в клубах можно было глушить тараканов. В некоторых песнях есть даже ультразвук, который был неприятен почти для всех псовых, никакого живого исполнения, ну а про книги я вообще не говорю, и старался их вообще не читать. Когда пишут такое, от чего тянет блевать, это знаете ли. И не дело в качестве, а дело в содержании... 
И тут я задумался - а ведь так это было бы ещё лучше! Все эти "творцы" отсеются сразу и займутся настоящим делом! Ведь мне очень нравилось, как пел наш Терминатор, пускай и старые, довоенные песни, которые смогли пережить без малого не одну сотню лет и остаться в памяти не только людей, но и зверей. Пускай делают то, что нравится зверям, а не пичкают их дрянью, называя это искусством! И тогда я с удовольствием пойду защищать творцов прекрасного, доброго и вечного, чтобы они продолжали нести это и дальше. 
С этими интересными мыслями я провёл весь день, потом в общем и целом я изложил их Доббу, и как ни странно пёс пришёл от них в лёгкую степень восторга и сказал, что обязательно запомнит такую систему. Он даже дополнил несколько других мыслей - исчезнет воровство. Да-да, а зачем воровать, если можно пойти и взять у того, кто это делает всё, что тебе нужно? Но и следить за порядком он тоже предложил - чтобы те, кто умеет только брать, ничего не давая в замен, быстро становились на путь истинный. Я предположил, что такие звери просто быстро станут изгоями - честных всё равно всегда будет больше, и масса всегда найдёт как выгнать из себя паразитов. 
Кстати после этого разговора я спросил о чём Добб разговаривал с бывшим полковником, но пёс говорил об этом слишком неохотно, постоянно уходил от ответа и вообще темнил. Намекал лишь то, что наш новый командующий очень не хочет, чтобы киборги разбредались кто куда и практически слёзно умолял остаться. В принципе, я остался доволен таким разговором, а мой друг вообще после разговора стал куда веселее. 
-Кстати я теперь лейтенант, - напоследок буркнул он, - Чак - ефрейтор, Терминатор - вообще старшина. 
-Не думал, что маленькая революция принесёт нам волну повышений, - признался я, - надо бы обмыть всё это дело. 
-А есть что? - с озорцой в глазах спросил доберман, отрывая от своей морды кружку с чаем. 
-Мы же в Иркутске в конце-концов. Думаешь в такой деревне найдётся кто-нибудь с самогонным аппаратом? 
-Кстати, не только он нам нужен, - вовремя вспомнил мой друг, - Надо ещё обогреватель купить! 
-На кой он нам чёрт? 
-Ботаник и Динозаврик вот-вот доделают новую проводку в нашем поезде и дотянуться, наконец до нас. Электричества у нас теперь хоть жопой жуй, полсостава уже сидит в тепле. 
-На улице плюс десять! 
-А во Владивостоке будет минус сорок, если не меньше. 
-Переживали и не такое, - буркнул я, но с доберманом согласился, - Деньги-то у нас есть? 
-У меня - есть. У тебя не знаю. 
-Может, если только пара тысяч. 
-Сойдёт. Только в одно заведение зайдём, я там ещё возьму. Кстати там и выпивкой закупимся. До Владивостока время у нас есть, только места не очень. 
-Пойдём к Чаку в купе? У него соседи всегда где-нибудь шлются... 
-Не, у нас лучше. Негоже командованию пить с солдатами. 
-Это командование только что по-дружески попросило всех солдат не подчиняться нашему президенту. Почему бы нам по-дружески не выпить с ними? 
-Потому что всё выпьют и скажут что так и было! 
Добб достал из ящика свой гранатомёт, вставил туда ленту на десяток выстрелов, которую для удобства обмотал на ствольной коробке. 
-Нахрена? -просто спросил я. 
-Для солидности, - ухмыльнулся доберман, - Ты тоже пулемёт возьми. 
-Ты так говоришь, что не город, а сборище любителей самогона... Последний раз, когда я здесь был - всё было культурно. 
-Когда ты был здесь в последний раз - у нас было нормальное правительство, - напомнил пёс. 
-А, точно, - я взял свой пулемёт и два короба к нему, - Тогда пошли. 
Иркутск приветствовал нас блеском своих технологий. До отправки поезда оставалось несколько часов и мы быстро сделали все свои дела, не встряв ни в одну историю. 
Ну а когда Терминатор увидел три кулька, позвякивающих стеклянной тарой, то всё стало понятно. Песец после этого до самой отправки шлялся за нами хвостом, источал из себя длинные, тягучие слюни и смотрел на нас большими умоляющими глазами. 
Когда мы начали, к нам присоединился шакал и пьянка из разряда обычных была перенесена в разряд редких, переехала в просторное купе Чака.  Оттуда уже пьяные в дупель офицеры выгнали зазевавшихся солдат, снабдив их в дорогу пузырём вечнорусской. До Владивостока всё должно было быть хорошо...