Триада и Солнце

Под ногами моими планета древняя, до костей истёртая.
Даже солнце её состарилось,
Купает меня бездумно в красном свете.
Моя жизнь - миллисекунды с микронами,
Говорят, поворот, как положено,
Пора одиночества кончена. Надо
Мне вступать в тысячи храмов,
С ними, моими синхронными,
Так, как было заведено это Первыми,
Тогда, когда солнце Истока было жёлто-белое.
И будут глаза - полированным золотом,
Бриллиантами - слёзы, 
Голос - ветрами звёздными.
И склонятся передо мной - и ними, моими синхронными
Расы разумные,
Окрасят ладони, умастят тела, увесят шеи гирляндами
В честь рожденья новой Триады.
Что же я здесь делаю?
Наверно, боюсь умереть ради рождения.
Боюсь умереть смертью мотылька, кота и рыбки,
Когда так скоро мне уже жить жизнью звезды, пылинки и облака.
Вечность так близко...
За поворотом ближайшей тропы и туманности.
Всё уже заведено, запланировано,
Каждому своя роль - ну разве это не здорово?
Разве всё не мудро устроено -
Триада - всем ясно, что троица,
То, чем стану со своими синхронными,
Когда наши имена позабудутся.
Наша вечность рядом - 
Но мне мои мгновения дороги.
Почтительно склонив голову, смягчив голос до благоговейности,
Стражники меня спрашивают:
"Высокий господин Ун - Гештальт,
Всё ли в порядке? Вас не задело?
А где ваши Двое?"
"Одного бы найти", - невпопад отвечаю,
И продолжаю идти туда, где снаряды
Рвутся аккомпониментом ко крикам со стонами,
Гимнами к этой моей церемонии, в красного света купели крещения.
Не счесть, сколько войн эта Земля изведала.
И в который раз - земля к земле,
Прах к праху,
Око за око
Во всё обесценивающей бойне.
Кто с кем в этот раз?
Люди с нелюдью?
Сколько раз ты уже внимал этим лозунгам,
Старый Сол?
Красный Сол.
Ты знаешь, скоро и моё время растянется.
Сможем поговорить, Сол.
Интересно, мне это понравится?
Нет.
Только нам.
А вокруг - всякой плоти смерть.
Остывающий Сол - цвета кровавой земли. Безучастен.
За миллиарды лет ему это всё, верно, наскучило.
Всех убитых скинут в траншеи - 
В братских могилах в крупицы вечности 
Перегнивать им всем - людям, нелюдям.
Триаде же - в вечности жить,
Пока в синхронных нуждаются.
Что же я здесь всё-таки делаю?
Люди-воины разбили крылатую статую,
На левой груди её намалевали неприличные надписи.
Может быть, я пришёл посмотреть на неё, падшую?
Или на могилу писателя,
Жившего сто двадцать семь тысяч лет назад?
Или на этих убитых и раненых,
Чей срок истечёт, истекает, истёк за минуту лишь.
Делать выбор я зачем-то пришёл сюда,
Сюда, к пересохшим корням, почти отмершим.
Пришёл омыться в усталом свету Старого Сола,
Красного солнца Колыбели Истока.
Может, я пришёл осознать наличие выбора?